Наши забавные животные

Завтрак)) #гифы

Посмотрите на то, как слепой кот ощущает лицом солнечные лучи, проникающие в окно 🥰 |#кошки

Где шесть косарей? #кошки

А ты точно царевна?

Два в одном. И сторож и грелка

Змея ест свою еду #гифы

Девочка спасла у трясины «пса», но ночью к старому кордону пришёл человек с ружьём — Папа, он сейчас уйдёт под воду! Лида лежала на животе на двух мокрых досках и обеими руками держала верёвку. Другой конец был обмотан вокруг ствола ивы. Верёвка натянулась так сильно, что жгла ладони даже через рукава ветровки. До появления отца Лида успела сделать лишь то, что было ей по силам. Она нашла возле старого рыбацкого шалаша моток выцветшей верёвки, привязала к концу широкую петлю и шестом протолкнула её под грудь зверя. Петля не стягивала шею, а поддерживала туловище, не давая морде соскользнуть с кочки. Две доски она сняла с давно сгнившего мостка и положила на плотные пучки осоки. Дальше не полезла — жердь уходила в ил почти без сопротивления. Позвать отца Лида решилась не сразу. Она боялась, что за время её отсутствия зверь захлебнётся. Поэтому и осталась на досках, пока не услышала далёкий стук калитки и не закричала так громко, как смогла. В трёх шагах от неё тяжело дышал крупный серый зверь. Задняя часть его туловища уже скрылась в чёрной жиже, морда лежала на кочке, а из воды торчали только уши и спутанная холка. Каждый раз, когда животное пыталось подтянуться, под корнями что-то звякало, и трясина принималась пузыриться.

Ты вернулся! Памяти самого лучшего в мире кота невинноубиенного Маркиза посвящается. Он лежал, свернувшись клубочком, в своём маленьком мирке. Там было темно, влажно и тесно, но очень уютно. Он всё время спал, изредка пошевеливаясь. Иногда до него доносились рокочущие звуки, несущие с собой мягкую вибрирующую волну, которая убаюкивала его. Эти звуки были такими родными и давали ощущение любви и покоя. Но однажды он почувствовал, что всё изменилось. Стенки его маленького мирка сжались, больно сдавили, и его куда – то понесло. Несколько раз его сжимало и двигало. Наконец вынесло в какое – то пространство, где было холодно и уже не влажно, а мокро. Он замёрз и дрожал, не понимая, что происходит. И в это время по его мокрой шёрстке прошёлся мягкий шершавый язычок, потом ещё и ещё. - Ну, Мурка, вот и последний родился, - сказал женский голос. Кошка вылизала своего последнего котёнка и теперь лежала, довольно урча. Он узнал эти родные звуки, дающие любовь и покой, и пополз туда, к их источнику. Добравшись, он уткнулся носом во что – то мягкое и пушистое. Тыкая носиком в мамин живот, он нашёл сосок и инстинктивно сжал его. Оттуда брызнуло вкусное тёплое молоко. Он сосал, а кошка мурлыкала, облизывая по очереди всех своих троих котят. Они наелись, и кошка свернулась клубочком, грея свой выводок. Он ещё не видел, куда попал, так как глазки пока не открывались. Но он исправно находил каждый день свой сосок и насасывал вкусное молоко. Наконец он подрос, и его глазки открылись. Тогда он увидел свою маму – большую трёхцветную кошку, рыженького братика и серенькую сестрёнку. А сам он был белым котиком с рыжим хвостом. Так они и росли втроём. Но однажды пришли чужие люди и забрали рыжего братика, потом забрали серую сестрёнку, а ему хозяйка сказала: - Тебя, Яшка, мы оставим себе. Но как – то в их дом пришла незнакомая женщина. Они с хозяйкой долго сидели на кухне, а потом пришли в комнату, где он спал на кресле, и женщина сказала: - Я возьму его. Его тельце бережно обхватили мягкие руки, он спросонья мяукнул, но его засунули под куртку и нежно погладили. - Не бойся, малыш, пойдём со мной, - сказали ему. Он пригрелся в тепле и темноте и опять уснул. Сколько шли, он не знал, но проснулся от того, что его вытащили из-под куртки и поставили на пол. - Ну вот ты и дома, малыш. Вокруг всё было чужое, страшное, незнакомые запахи пугали его, и он запищал, призывая маму. Но мама не пришла, а женские руки подхватили его, нежно прижали к груди, и он услышал голос: - Не бойся, маленький, всё будет хорошо. Этот голос успокаивал, в нём было что – то, отчего он перестал бояться. Он поёрзал по груди, выбирая местечко поудобнее, да так и уснул. С той поры он так и привык спать на хозяйкиной груди. Но Яшкой он не остался. Хозяйка ему сказала: - Яшкой ты был там, а здесь ты будешь Маркиз. Ему это имя понравилось, оно немного напоминало мамино – Мурка. Он привык к своему новому имени и вскоре откликался на него. Он рос и купался в хозяйкиной любви. Да, она любила его, и он чувствовал это. Её любовь была, как большие, тёплые и мягкие волны, исходящие от неё. Она называла его:” Мой белый пушистый сынок”. Он не знал, что это значит, но чувствовал, что это родное и ласковое, особенно когда она обнимала его и гладила по мягкой белой шёрстке. И он тоже любил её. Он приходил к ней ночью, когда она спала, ложился ей на грудь и мурлыкал, отгоняя от неё ночные кошмары и злые сны. Он любил лежать у неё на руках, и она гладила его, а он тихо мурчал, благодаря за ласку. Когда она уходила на работу, он гулял на улице. Но Маркиз всегда чувствовал её приближение и бежал встречать её. Он прыгал ей на руки, и она, смеясь, обнимала и гладила его. Так они вместе и возвращались домой. Но однажды, выбежав встречать её, он почувствовал, что что – то произошло. Её окружали тёмные холодные волны горя и печали. Она плакала, и в её сердце была боль. Эта боль терзала её изнутри, не давая ей передышки. Он подбежал и потёрся об её ноги. Она взяла его на руки и прошептала: - Маркиз, мне так плохо, - и опять заплакала. Он знал, что такую тоску и боль нельзя держать в себе – они убивают душу. И тогда он сделал то, что мог: обнял своими лапками её за шею и мягким шершавым язычком стал вылизывать слёзы с её лица. Они были горькими, очень горькими, и эта горечь вошла в его душу. А потом он прижался своим тельцем к её сердцу и стал впитывать её боль. Он чувствовал, как эта невыносимая душевная боль понемногу оставляет её и заполняет его. Его терзала изнутри эта человеческая боль, но он терпел, зная, что так надо, и что ей теперь становится легче. И когда он впитал в себя всё её горе, её глаза высохли, а губы слабо улыбнулись. - Спасибо, родной, - сказала она, толком не осознавая, что он для неё сделал. Затем она пошла спать. Он опять улёгся у неё на груди и мурлыкал ей колыбельные, пока она не уснула. А потом встал и ушёл. Он искал и нашёл то самое место в доме, где бурлила тёмная энергия. Маркиз прошёл в самый центр этого угла, где темнота была гуще всего. Он лёг посередине, и тьма потянулась к нему. Она обвивала его своими щупальцами, вонзала тёмные нити прямо в его тело, забирая боль и горечь, которые он впитал в себя. Ему было больно, и его маленькое тело содрогалось в муках, но так было надо, и он терпел, не издавая ни звука. Тьма внешняя забрала у него всю внутреннюю тьму и, насытившись, отступила, а он ещё лежал, понемногу приходя в себя. Затем он почувствовал, как вместо исчезнувшей тьмы в него входит свет, дарящий добро и радость. И тогда он встал и пошёл на кровать, где спала его любимая хозяйка. Там он лёг, прижался к её груди и замурлыкал, отдавая ей свет. Она улыбалась во сне, и он знал, что всё сделал правильно. Они прожили вместе четыре года. А потом случилось непоправимое. Она ушла утром на работу, а он отправился гулять на улицу. Шёл февраль, но погода была неустойчивой – то метёт, то тает. Маркиз, как всегда, сходил по своим кошачьим делам, а потом пошёл гулять по соседям. В соседских дворах он никогда ничего плохого не делал, а лежал на травке или играл с детьми. Он был очень ласковым и домашним и любил играть, никогда не царапаясь и не кусаясь. В этот раз он опять зашёл в соседский палисадник, но детей там не было, не было и их запахов, а была вместо них какая – то чужая и неприятная вонь. Маркиз походил, понюхал, ему не понравилось, и он решил уйти. Но внезапно что – то ужалило его в бок, тело обожгло резкой болью. Он упал, и густая тёмная жидкость потекла на снег, окрашивая его в красный цвет. Он не понимал, что происходит, а на крыльце дома стоял чёрный человек, сжимая в руках дымящееся ружьё, и с нерусским акцентом кричал: - Ага, ыщо адын! Маркиз лежал, и теперь уже физическая боль терзала его. Он пытался позвать свою хозяйку – вот она придёт, возьмёт его на руки, погладит, и всё пройдёт. Но она была далеко и не могла услышать его. Он лежал и мучился, и с каждой каплей крови жизнь уходила из него. А урод, убивший его, стоял на крыльце и ржал. Ему доставляли удовольствие мучения маленького невинного животного. Маркиз слабел, и тёмная пелена покрыла его взор. Дыхание становилось всё слабее, и в это время рядом с ним появился большой, ослепительно белый кот с маленькими белыми крыльями, сложенными за спиной. Он с жалостью и сочувствием оглядел Маркиза, внимательно посмотрел на убийцу, и в его глазах сверкнула молния. Сердце сделало свой последний удар, дыхание остановилось, и Маркиз умер. В то же мгновение белый кот исчез. Маркиз открыл глаза. Он уже не чувствовал боли и холода, глаза не закрывала тьма, но всё было как – то по-другому. Он поднял лапку, чтобы умыться, и увидел, что она какая – то прозрачная. Но он умылся, как всегда, вылизал свою новую прозрачную шубку и пошёл к своему дому. Там он лёг на крыльцо и стал ждать хозяйку. Она была на работе и внезапно почувствовала, как что – то кольнуло в сердце. “Что – то случилось”, - подумала она. Но что могло случиться? Вроде всё было нормально, когда она уходила. Она и предположить не могла, что её соседи продадут дом и уедут, а на их месте поселится моральный урод, ненавидящий животных и наслаждающийся их мучениями. Вечером она пришла с работы, и любимый кот не встретил её. В сердце закралась тревога. Она подождала ещё немного, но он не пришёл, и она пошла искать его. Она ходила по улицам и звала: - Маркиз! Маркиз! Отзовись! Но не было ответа. В тревоге она легла спать. Он в это время был рядом, но она не видела его, он пытался ей что – то сказать, но она не слышала. Так в слезах она и уснула. Тогда он пришёл в её сон. Он сам не понял, как это произошло, но он запрыгнул на её кровать, подошёл к её голове, лежащей на подушке, и внезапно очутился в её сне. Она спала и видела сон: она лежит на кровати и читает книгу. В это время её любимый Маркиз запрыгивает на кровать и забирается к ней на руки. Она, смеясь, гладит его и говорит: “Маркиз, ты вернулся!”. Она чувствовала мягкую пушистую шёрстку под рукой, слушала его мурлыканье и была абсолютно уверена, что это наяву. Ей было хорошо, и она смеялась от радости, что он, наконец, нашёлся. А он, свернувшись клубочком на её руках, мурлыкал от удовольствия и опять ощущал, как волны её любви окутывают его, даря ему счастье. Он не хотел уходить из её сна, но пришлось. Она проснулась утром и поняла, что это был сон, что Маркиза рядом нет, и печаль окутала её сердце. Сидя на работе, она всё время думала о нём, ей казалось, что он вот – вот появится, что он где – то рядом, что сейчас откроется вон та дверь, и он войдёт в неё. А он действительно был рядом, но только невидимый для неё. Она неосознанно чувствовала его, не понимая этого. Ночью ей опять приснился сон: поздно вечером она возвращается с работы. На улице темно, и только одиноко светит фонарь. Она подходит к своему крыльцу и в это время откуда – то сбоку слышит: “Мяу!”. Она оборачивается и видит, как к ней бежит Маркиз, живой и здоровый, всё тот же белый кот с рыжим хвостом. Она подхватывает его на руки, обнимает, гладит и радостно шепчет: “Маркиз, ты вернулся!”. И опять она, как наяву, ощущала его тяжесть на руках, мягкость его шёрстки, слышала его голос. И опять она утром радовалась, что увидела его, и плакала от огорчения, что только во сне. И ещё раз он приснился ей. Она видит, что стоит на кухне и делает котлеты. На столе уже лежат несколько штук готовых и ждут своей очереди на сковороде. Внезапно из-под стола выскакивает белая лапа и смахивает со стола одну котлету. Наклонившись под стол, она видит Маркиза, с аппетитом уминающего добычу. – Маркизик, ты вернулся, ты кушать хочешь, - радостно воскликнула она. – Возьми ещё. И она отдала ему все котлеты. И он ел, благодарно урча. Вечером она опять ходила по улицам и искала его. Не найдя, она даже написала и расклеила объявления о пропаже кота, обещая вознаграждение за его находку, но никто не откликнулся, пока один соседский мальчишка не принёс ей в коробке бедного окоченевшего кота. Она сразу узнала его, своего белого пушистого сынка. Отдав мальчику вознаграждение, она упала на пол и рыдала над коробкой горькими слезами, а Маркиз сидел рядом и не мог утешить её в этот раз. Он чувствовал её тоску, как её сердце разрывается от боли, как осознание непоправимой потери чёрным отчаянием заливает её душу. Он страдал её страданием и болел её болью, ведь он при жизни так любил её. Он и сейчас продолжал любить её всем своим маленьким по размеру, но таким большим по объёму любви сердцем. Утром она поехала за город, взяв лопату и коробку. День был тёплый, и земля немного оттаяла. Похоронив его в берёзовой роще, она долго плакала над его могилой. Потом, не помня себя от горя, она подняла лицо к небу и закричала в невыносимой тоске: - Будь ты проклят, убийца! Пусть твоей мерзкой гнилой душонке никогда не будет покоя ни на том, ни на этом свете! Будь ты проклят! Она не видела, как сзади появился большой, ослепительно белый кот с маленькими белыми крыльями, сложенными за спиной, и слушал её слова. Выслушав её, он кивнул головой, и в его глазах сверкнула молния. В тот же миг он исчез. В эту ночь, когда убийца лёг спать, ему приснилось, что на грудь лёг большой, ослепительно белый кот с маленькими белыми крыльями, сложенными за спиной. Чёрному человеку стало тяжело дышать, он задыхался и кричал: - Уйди, шайтан! Но белый кот лежал и только внимательно на него смотрел. Утром он ушёл. Убийца навешал на себя амулеты, читал какие – то заговоры, но это не помогало: кот продолжал приходить каждую ночь. Он внимательно смотрел на убийцу, и тот помимо своей воли вспоминал всех животных, которых убил в течение своей мерзкой жизни. Он испытывал те же мучения, что и они, когда умирали, но наутро оставался жив, и следующей ночью кошмар повторялся. Он решил избавиться от этого ужаса и с вечера приготовил заряженное ружьё, то самое. Белый кот ночью пришёл к нему, но не лёг на грудь, а сел рядом с кроватью. - Нэ сматры на мэня! – закричал убийца. Кот встал, оглянулся на него и вышел из комнаты. Убийца схватил ружьё и бросился за ним. Он нашёл его на кухне. Кот спокойно сидел на полу и вылизывал лапу. Убийца прицелился и выстрелил. Пуля прошла сквозь кота, не причинив тому ни малейшего вреда, и попала в газовый баллон, стоявший у стены как раз за котом. У кота из глаз сверкнула молния, и он исчез. В ту же секунду раздался взрыв, и дом объяло пламенем. Пока проснулись соседи, пока приехали пожарные, было уже поздно. Дом горел, и ни вода, ни специальная пена не смогли потушить огонь. К утру всё было кончено: дом сгорел, пожарные разъехались, зеваки разошлись. И тогда на пепелище появился белый кот, что был здесь ночью. Он коротко мяукнул, и вокруг него появилось множество животных. Они смотрели на него и ждали. Кот ещё раз коротко мяукнул, и тогда из пепла поднялась тёмная клубящаяся фигура хозяина дома. Животные окружили его и потащили за собой. Тот кричал и упирался, но карающие ангелы в виде замученных им животных увлекли его за собой и пропали. Кот сидел и ждал. И тогда на пепелище появился невинноубиенный Маркиз. Он посмотрел на кота и просительно мяукнул. Белый кот с крыльями внимательно посмотрел ему в глаза и согласно кивнул. В тот же миг они исчезли. Женщина спала и видела сон: она поднимается по лестнице, а на руках у неё сидит маленький белый котёнок с рыжим хвостиком. Он трётся об неё головой и громко мурлычет, а она гладит его мягкую шёрстку и, смеясь, говорит: - Маркиз, ты вернулся! Сегодня после работы она не пошла домой, а заторопилась на рынок. Она почему – то решила, что ей срочно нужна картошка. Подойдя к воротам, она внезапно остановилась. Там на скамейке сидела женщина, возле неё стояли клетки. И в самой верхней клетке был он: МАЛЕНЬКИЙ БЕЛЫЙ КОТЁНОК С РЫЖИМ ХВОСТИКОМ. Женщина сделала шаг вперёд ослабевшими ногами, и непослушные губы с надеждой прошептали: - МАРКИЗ, ТЫ ВЕРНУЛСЯ? ...

#гифы

Другой Сначала Боб обрадовался: боль отпустила. Да не просто отпустила – тело сделалось легким, словно тополиная пушинка. Кажется, стоит оттолкнуться лапами – и полетишь... Тем более, что было куда лететь. Впереди сияло, звало, переливалось гигантское и разноцветное нечто. Непонятное, но манящее и прекрасное. Боб навострил рыжие треугольнички ушей, принюхался и уже было рванул... Как вдруг сзади послышался всхлип. Он обернулся и замер. Нельзя бежать! Невозможно! Маша сидела возле лежанки, баюкала на коленях большую рыжую голову и плакала тихонько и горько. — Бобушка, не уходи. Как я без тебя... — слова, бессильные и бесполезные, падали, тонули в потускневшей рыжей шерсти. Он повернулся спиной к Радуге. В том, что это последний мост, сомнений не оставалось. Потому и боль кончилась, потому и лапы словно у щенка – резвые, торопливые. Пришло Бобово время. Жаловаться грех. Пятнадцать лет землю топтал, пора и на покой. Но вот как оставить Машу? Они же всегда были вместе... ***** Ей было десять, когда она подобрала его. Совсем малюсенького солнечного Бобика. Нашла под лавкой в парке. Потом долго уговаривала папу взять щенка с собой. Папа для порядка сопротивлялся. Делал строгое лицо, поправлял очки, хмурил брови. А потом сдался. Потрепал Машу по русой стриженой голове и сказал: — Под твою ответственность, Мария! Она закивала так, что челка смешно запрыгала, то занавешивая, то открывая восторженные серые глазищи: — Обещаю! И ведь ни разу обещание не нарушила. Сперва лужицы убирала за ним. Позже гулять ходила без разговоров. В любую погоду. Даже в самую что ни на есть собачью. Учиться его повела, когда Бобик превратился в Боба. Радовалась тому, что он такой сообразительный. Хвалила. — Молодец, Бобушка. Умник ты у меня. Правду говорят, что лучше дворняг нет собак. Он ее провожал в школу, потом в институт, слушал про первые влюбленности и разочарования. Сушил слезы, когда она плакала, и плясал, когда она была счастлива. Они вместе купили эту махонькую квартирку. И Маша сразу ему предложила: — Бобушка, выбирай, где твое место будет. Он тогда уже был стариком. Постанывали лапы, иногда ныло что-то внутри. Поэтому решил, что возле кухонной батареи будет самое то: тепло, уютно. Маша устроила там его лежанку. В ней он любил отдыхать после обеда, мечтать, вспоминать, думать. В ней же и закрыл глаза в последний раз... Его опустевшее тело и сейчас там лежало. А душа, отвернувшись от Радуги, смотрела, как Маша мочит рыжую шерсть слезами. Боб не мог уйти. Не имел права оставить ее с разорванным сердцем. Он должен что-то придумать. ***** Но дни складывались в недели, а ничего путного в голову не приходило. Боб, невидимый для Маши, наблюдал, как она чахнет. Подолгу сидит у его опустевшей лежанки, закрыв глаза, и гладит ее плюшевое нутро. Бобу хотелось завыть, завопить: «Да убери ты ее подальше. Сколько можно себя терзать!» Только даже этого не получалось... «Ей нужен кто-то живой и четвероногий, — понимал Боб. — Чтобы заботы просил, у дверей встречал, новую лежанку, в конце концов, купить заставил!» Сначала он подумал о щенке. Таком же, каким был сам. Пускай возьмет рыженького, беспородного, с черным носом, стоячими ушами, хвостом-баранкой. Вроде хорошая идея. Только с Машей не сработает. Он ее за пятнадцать лет до последней клеточки изучил. Хуже только станет. Она же, глядя на точную Бобову копию, еще больше страдать начнет. Назад мыслями возвращаться, вспоминать. Как они с Бобом встретились, как взрослели вместе, как жизнь эту жили. Утонет она в прошлом. А если полную его противоположность завести? Например, маленькую породистую собачку? Нет, тоже не годится. Со всех сторон плохая идея. Маша начнет сравнивать, разочаруется. Все нервы себе истреплет и малявку невзлюбит. За то, что та на Боба не похожа, за то, что тявкает иначе, за то, что характер другой. Вот как тут быть? Люди-то родные у Маши есть. Папа, мама, подружки разные. Но они собаку ведь не заменят. Это то же самое, что пытаться правой рукой левую ногу компенсировать. И то и другое нужно, и то и другое терять тяжело... Совсем извелся Боб. Вроде всю жизнь Маше помогал трудности переживать, а сейчас не придумывается ничего, хоть ложись и второй раз помирай. Так бы он и метался, если бы однажды не случилось чудо... ***** Одним сереньким утром дверь на Радугу, закрывшаяся давным-давно, вдруг распахнулась, и через порог шагнул кот. Серый, полосатый, огромный! Прямо Кот с большой буквы. Боб, устроившийся в уголке, уставился на гостя. Тот мазнул по нему зеленым взглядом и заинтересовался Машей. — Гаснет, значит! — деловито сказал Кот. — И ты оставить ее не можешь? Боб автоматически кивнул. — Что ж... Ситуация нередкая, скажу я тебе. Но не безвыходная. — Да неужели? — рассердился Боб. — А я-то здесь уже всю голову себе сломал. Вроде глупым никогда не был, а вот сейчас выхода не нахожу. Кучу вариантов перебрал, и все мимо! — Бывает... — снисходительно кивнул Кот. — Поэтому меня к тебе и отправили. — Кто отправил? — Высшие силы, ясное дело. Как самого мудрого, подрядили помочь. — Ладно, умник полосатый, вещай, — проворчал Боб. — Вы, собаки, очень прямолинейные. Нету в вас гибкости, — начал Кот. — Я вот прямо вижу ход твоих мыслей: «Хозяйка потеряла большого красивого пса, поэтому, чтобы ей стало легче, нужно завести другого такого же». Верно? — Ну, в общих чертах... — неохотно согласился пес. — Но это так не работает! — полосатый хвост Кота встал трубой, словно изображал указующий перст. — Хорошо, а как это работает? — сдался Боб. — Всегда по-разному, мой друг, всегда по-разному... Дай-ка я твою хозяйку рассмотрю как следует, в душу ей загляну, сердца коснусь. Кот закружил подле Маши, поднимая легкий сквознячок. Та его не видела. — Ну, все понятно! — окончив свой странный танец, сообщил Кот. Боб смотрел на него выжидающе. — Новый пес ей не нужен! — Да с чего ты взял-то? Ей всегда собаки нравились, а меня она просто обожала. — Вот поэтому и не нужен. Она не сможет полюбить другого пса. Будет считать себя предательницей. — Что же делать? — поник Боб. — Одна она с ума сойдет. Вон, лежанку пустую наглаживает. Скоро миску мою наполнять начнет и беседовать с ней. — А я не говорил, что она должна оставаться одна. Ей действительно нужен друг. Четвероногий, мягкий, теплый. Только не пес! — Ты на кого это намекаешь? — Боб напрягся. — Вовсе не намекаю. Говорю открытым текстом: твоей Маше поможет котенок! Он другой. Другого она примет и даже полюбить сумеет. — Уверен? На все сто? Потому что, если ошибся, я тебя на нитки распущу. — Только не надо мне угрожать! Распускатель нашелся. Я всегда в своих рекомендациях уверен, — Кот уселся напротив Боба, обернул лапы хвостом. — Завтра тетушку Судьбу попрошу. Она котенка ей под дверь подкинет. Есть у меня один на примете. Славный, бездомный, черненький... А тебе пора на Радугу собираться. Все сроки вышли, дверь сегодня в последний раз открылась. Или ты хочешь неприкаянной собачьей душой вечно здесь болтаться? — Может, не сейчас? — взмолился Боб. — Очень уж мне хочется убедиться, что все у Маши хорошо будет. — Сверху убедишься. Пошли! — Кот встал и направился к распахнутой в вечное лето двери. Пес оглянулся на Машу, вздохнул и последовал за ним. ***** Кот не обманул. Сверху сквозь окошко в облаках Боб наблюдал, как следующим утром Маша пошла выносить мусор и прямо у порога наткнулась на коробку. Открыла. Внутри сидел черный, как сажа, пушистый котишка и попискивал.